ПЕРВЫЙ ГЛОТОК ЭКСТАЗИ

Подцепить обеих девиц совершенно не стоило труда. Некоторые девушки поглядывают на меня странно, когда я предлагаю им руку и сердце, даже не сняв с пальца обручального кольца. Я на удивление раскован, ни тени смущения. И это человек понимает сразу. Один держал ей локти за спиной, а двое других кромсали платье, лифчик и чулки. Облака летят слишком быстро, скоро покажется солнце и опять начнет накалять асфальт. Не могла бы ты отпустить мою руку? В его номере нет, кажется, ни капли кислорода, а снаружи и того меньше.

Фредерик Бегбедер “Рассказики под экстази” ( )

Мне дико хочется поговорить. Хорошенькая запустила ручонку мне за рубашку, обследуя мой безволосый торс. Неторопливо потягивается, пока поле его зрения ограниченное гигантским окном гостиной пересекает вертолет. Имена писателей, которые представляют эту традицию, названы у Бегбедера. Чего мы потеряли в аэропорту Руасси— Шарль де Голль?

Сколько можно торчать тут, на Этуаль, и целоваться попусту, когда на улице всего два по Цельсию, вместо того чтобы нормально трахаться в постели, как все порядочные люди?

А не скажешь ли, как ваше имя?

Нет, уж такого случая я не упущу. Внезапно понимаю, что жизнь — очень простая штука: Поманит, а потом вдруг раз — и захлопнет дверь перед носом. И кто все эти люди? Брийян уже не помнит, какие сиськи предпочитает — большие или маленькие. Разве бывают такие красивые красные губки? Все мои конечности счастливы ощутить эту теплую волну.

Неистовая, безрассудная страсть в сопровождении фортепьяно. Почему мы говорим, прижав нос к носу? Когда живешь на восьмистах в час, некогда дослушивать до конца главный шлягер лета. Он вышел на улицу, даже не чмокнув хорошенькую официантку. Перспектива гибели от развлечений беспокоила и возмущала молодого мыслителя и моралиста: Довоенную литературу они не читали совсем, и лишь задумчиво настраивали после уроков в колледжах свои первые гитары.

У Брийяна кончилась бумага для косячков, и он обречен задумчиво теребить в кармане бесполезную травку.

Хаксли Олдос — Двери Восприятия (аудиокнига, читает Вильколек Андрей)

Чего нельзя сказать о гашише сегодня, если вы живете не в Нидерландах, Уругвае или Бангладеш. Чтобы его раззадорить, надобно что-то неординарное. И она никогда меня больше не видела.

Увы, чаще без приставки «социализм» — просто национал-патриоты и иже с ними, но вот этот вот «социализм» — он очень опасен.

Именно стоит, поскольку еще вчера он лежал в лежку. Сидя на корточках на металлическом полу некоего лофта в Ист-Виллидже, он созерцает бороздки старой, ставшей уже почти экзотикой виниловой пластинки, подпевая непотребствам, несущимся с компакт-диска. К чему нам на Елисейские Поля? В советские годы шаблонное сомнение в трезвости таланта звучало чуть иначе: Дурнушка оказалась гораздо хорошее хорошенькой. Что нельзя удрать от самих себя? Для его героев в состоянии экстази весь мир превратился в нескончаемый порнофильм с подробностями, которые выглядели бы просто отталкивающими, если бы не злая насмешка, с которой они поданы.

Чтобы это все никогда не кончалось? Меж тем закраины ночи уже потихоньку светлеют. Танец — это больше, чем речь тела:

Книга Двери восприятия

Уехать — это слово слишком часто остается всего лишь словом. Почему бы им не отправиться по домам? Не пора ли нам домой? Тебе ничего не слышно из-за шлема? Право же, внешняя пожарная лестница с расшатанными ступеньками не так опасна для черепушки, хотя перила там держатся на одном болте.

ПЕРВЫЙ ГЛОТОК ЭКСТАЗИ

Ты можешь снова меня, пожалуйста, немножечко поцеловать?

А это не нарушение правил — твой слалом между грузовиками в шесть утра? А когда сменишь город, жизнь тоже меняется? Хватит наблюдать, как распадаются наши жизни, займемся лучше разрушением чужих. Кроме того просто лезут на протяжении всей книги невероятные самолюбование и самовосхваление. У каждой там свой гарем из мужичков. Это был бесспорный факт — и большая для меня новость. Когда талантливый человек одинок, он и пьет и до какого-то времени творит. Дурнушка поцеловала взасос хорошенькую.

Сбросить скорость не хочешь? Что надобен пожизненный отпуск или никакого? Но Брийян только что проглотил желатиновую капсулку, отбившую всякий сон.

Хаксли Олдос — Двери восприятия

Для его героев в состоянии экстази весь мир превратился в нескончаемый порнофильм с подробностями, которые выглядели бы просто отталкивающими, если бы не злая насмешка, с которой они поданы. Что, если мы уладим это дело в ? Не могу согнать с лица улыбку. Возвращаюсь домой в надежде соснуть, но все старания напрасны:

Не пора ли нам домой?

Тебе будет очень неприятно, если я останусь у тебя во рту? Любить или делать вид, что любишь, — какая, в сущности, разница, если удается обмануть самого себя? Я угробил целый вечер на очень интимные исповеди каким-то незнакомцам и на любовные излияния не стоящим внимания плюхам. Дурнушка не без деликатности провела рукой по моим причиндалам. В его номере нет, кажется, ни капли кислорода, а снаружи и того меньше. Надо бы с утра, как проснешься, всегда слушать радио.

Что, если мы уладим это дело в ? Давно пора было распрощаться с уютной неспешностью европейских ночей, с их расслабляющей роскошью.

Tales from the Jungle. Carlos Castaneda. Карлос Кастанеда